Есть белая звезда джанетта


Памяти Весёлого Волка
http://www.stihi.ru/avtor/wolfy22

Есть белая звезда, Джанетта.
Если мчаться со скоростью света, езды до неё 40 лет…
К. Сэндберг

Среди миров, в мерцании светил
Одной звезды я повторяю имя…
И. Анненский

Пусть до тебя, звезда Джанетта
Мне не добраться, не дойти.
Пусть недоступна скорость света…
Да что звезда, моя планета
Совсем не веха на пути,
А старт и финиш, взлёт – посадка,
Рожденье – смерть в одном лице…
Я пресловутый фикус в кадке,
До Талии с Эвтерпой падкий
(Имея с этого процент).

Джанетта, милая Джанетта,
Твой свет в космическом окне
Как будто истина в вине.
Пусть для других ты просто ГДЕ-ТО
Песчинка на вселенском дне,
А мне залётная комета
На галактической стене
Портрет рисует твой, Джанетта!

Пусть говорят мне: «не звезди»,
А я звездел, звезду, звездую…
Du you speak english? Дую, дую,
Алэ нэ дужэ*… Впереди,
В конце тоннеля уйма света,
Там ждёт меня моя Джанетта,
А я всё здесь… Уходит лето,
Уже октябрь, жовтнэвым** цветом
Ушла знакомая душа
Вслед за другими… Душно, душно…
Джанетта примет их радушно…


А мне всё тяжелей дышать,
И давит грудь… наверно жаба,
А на душе скребутся крабы,
Всё больше с каждым годом лет…
Забыл уже иных джанетт,
А помню только это ИМЯ…
Джанетта милая, прости
За то, что я всегда с другими,
Но знай, что я всегда в пути…
Не долететь, так доползти
К тебе я должен почему-то
(И сам не знаю, почему)…

Ещё один ушёл во тьму***
С приветом от меня, Джанетта.

* но не очень (укр)
** октябрьским (укр)
*** из стихотворения Владимира Высоцкого памяти Василия Шукшина

Источник: poezia.ru

Около четверти века назад, пересматривая по телевизору фильм «Подпасок с огурцом» из советского сериала «Следствие ведут ЗнаТоКи», я запомнил наизусть стихи, произнесенные с экрана персонажем в исполнении заслуженного артиста РСФСР Никиты Подгорного. Вот эти:

Есть белая звезда, Джанетта.

Если мчаться со скоростью света,

Езды до нее десять лет.

Если мчаться со скоростью света.

А есть голубая звезда, Джанетта.


Если мчаться со скоростью света,

Езды до нее сто лет.

Если мчаться со скоростью света.

Так к какой же звезде мы поедем с тобой –

К белой или к голубой?

Общедоступного Интернета в ту пору не существовало, поэтому выяснить имя автора – «одного американца», как он был аттестован в фильме, – мне долго не удавалось. Никто из моих начитанных в поэзии знакомых также не мог его распознать. Впервые в напечатанном виде эти стихи попались мне в тексте сценария «Подпаска с огурцом» Ольги и Александра Лавровых. Ссылка на автора и переводчика отсутствовала и там. Неужели сценаристы сами сочинили это, скрывшись под маской выдуманного иностранца? Или фамилия «американца» не могла быть озвучена по идеологическим причинам? Или, наконец, стихи попали к ним из неавторизованного источника? Все оказалось проще и в то же время сложнее.

Однажды я прочитал полюбившееся мне стихотворение сотруднице читального зала библиотеки Литературного института. И вдруг оно показалось ей знакомым. В следующую встречу мне была продемонстрирована переводная книга американского поэта Карла Сэндберга, в которой я увидел следующий текст (называется «Детская песенка»):

Есть голубая звезда, Джанетта,

Езды до нее пятнадцать лет,

Если мчаться со скоростью света.

И белая есть звезда, Джанетта.

Езды до нее сорок лет,


Если мчаться со скоростью света.

К какой же звезде

Мы с тобой поедем –

К голубой или белой?

Текст был, конечно, очень похож на известные мне стихи из фильма, но в то же время между ними имелись существенные разночтения, а одно носило принципиальный характер. Благодаря этой разнице поэтический шедевр превращался в нечто заурядное, если не вовсе бездарное.

Разумеется, я тотчас заглянул в оглавление книги, чтобы узнать имя переводчика. Увиденное меня озадачило. Переводчиком был Михаил Зенкевич (1886–1973) – акмеист, один из лучших поэтов русского Серебряного века, вошедший в литературу вместе с Мандельштамом, Ахматовой и Гумилевым, но в отличие от них, к сожалению, оставшийся малоизвестным. Сразу возникло предположение, что он, работая по заказу издательства и переведя стихи максимально близко к оригиналу, сделал для себя еще один, вольный перевод, который и попал в фильм.

Теперь следовало взглянуть на оригинальный текст Сэндберга (называется «Baby Toes»):

There is a blue star, Janet,

Fifteen years’ ride from us,

If we ride a hundred miles an hour.

There is a white star, Janet,

Forty years’ ride from us,

If we ride a hundred miles an hour.

Shall we ride

To the blue star

Or the white star?

Не буду вновь пытаться переводить эти стихи – укажу лишь на основные разночтения с авторизованным переводом Зенкевича.


-первых, заглавие «Baby Toes» означает не «детскую песенку», а пальцы детских ног. Второй, более существенный момент связан с указанием скорости: у Сэндберга это сто миль в час, а вовсе не триста тысяч километров в секунду (так называемая скорость света), как у Зенкевича. Можно предположить, что переводчик прибег к преувеличению, увидев эти странные «hundred miles an hour», разогнавшись до которых (около 160 км в час) никому не удалось бы подняться в космос.

В целом оригинал произвел на меня удручающее впечатление.

Но, может быть, в английском тексте имеется какой-то подвох, скрыт некий смысл, понятный только носителям языка? За разъяснениями я обратился к моему нью-йоркскому знакомому, замечательному филологу-русисту, как раз интересующемуся подобными ребусами в поэзии. Он подтвердил мои опасения. По его образному выражению, сэндберговское стихотворение напоминает задачку из школьного учебника по арифметике.

Любопытный факт: Карл Сэндберг (1878–1967), трижды лауреат Пулитцеровской премии, в свое время был исключен из военной академии Вест-Пойнт, провалив экзамены по грамматике и математике. Его стихи, как я убедился из других переводов, выполненных лучшими русскими поэтами, мягко выражаясь, малоинтересны. Очевидная причина повышенного внимания в Советском Союзе к его персоне – «активное участие Сэндберга в профсоюзном и социалистическом движении, его сотрудничество в прогрессивных журналах».


Но вернемся к принципиальной разнице между оригинальным стихотворением и его, так сказать, официальным переводом, с одной стороны, и вольным переводом, фактически вольным переложением  с другой, кто бы ни был его автором. В «неофициальном», вольном переложении все, включая звезды, расставлено по своим местам. Сначала говорится о белой звезде, до которой со скоростью света нужно добираться десять лет. Задача не из легких, но при известном терпении осуществимая. Однако эта цель как бы обесцвечивается, становится совсем прозаичной на фоне другой, чей символ – романтичная голубая звезда: «Езды до нее сто лет». Иными словами, цель второго путешествия лежит за пределами продолжительности нормальной человеческой жизни (да ведь и не к новорожденной Джанетте обращается с вопросом автор!). Но разве возможен вообще такой выбор?

Разумеется, он возможен – для того, кто живет прежде всего духовной, а не телесной жизнью и потому не принимает смерть за конец своего существования.

Источник: www.ng.ru

Есть белая звезда, Джанетта.
Если мчаться со скоростью света,
Лететь до неё десять лет.
Если мчаться со скоростью света.

Есть голубая звезда, Джанетта.
Если мчаться со скоростью света,
Лететь до неё сто лет.
Если мчаться со скоростью света.

Так к какой звезде полетим мы с тобой:
К белой или голубой?


Вспомнилось из юности, поучительное. Произошла эта история на том этапе моей жизни, когда за твердую уверенность в том, что лично г-дь б-г заметил среди миллиардов человеческих душ мою и призвал на служение своему от начала веков поставленному замыслу, я была готова делать «большие и хорошие глупости»© в количестве. Я примкнула к христианской общине, прирастившей к здоровой баптистской лозе несколько православных побегов в виде крестного знамения и свечей, и находилась в ней несколько лет. Предваряя возможные вопросы, скажу, что ушла я, пронаблюдав в случайно приоткрытую дверь пересчет пожертвований.

В общине нашей самозародилась небольшая группка горячих сердец, единомышленников, задумавших создать христианскую сельскохозяйственную артель. Участник 1 предоставил землю, участник 2 оказал финансовую поддержку в покупке трактора и кое-какого инвентаря, участница 3 осуществляла идеологическое и консультативное руководство. Готовили, ясен пень, жены и дочери, вдохновленные сопричастностью с великим начинанием. На вопрос — а кто, собственно,будет работать? — нашелся креативный ответ. А работают, мол, пусть те, кто нуждается в духовном руководстве — прошедшие лечение в рамках благотворительной программы наркоманы и бывшие заключенные местной колонии, тщательно отобранные и уже встретившие господа. Заодно работникам будет где жить, а коммунарам — кого духовно взращивать.


Бизнес-план этот, хотя и имел несколько щелей, на первый взгляд состоял из бесчисленного количества выгод для всех участников. Даже приобретатель трактора получил в итоге возможность вывозить на отдых свое многочисленное христианское семейство. Завершая преамбулу, скажу, что затея продолжалась сезонов пять, и умерла естественной смертью, сейчас попробую поразмышлять, почему.

Причина первая. Ни владелец участка, ни инвестор, ни авторка проекта и не подумали взять на себя ответственности за существование и работоспособность артели. Ответственность была торжественно возложена на б-га, благо тот не возражал, а вот власть, власть родоначальники мероприятия планировали разделить между собой. Это я к чему? К тому, что идея, даже самая прекрасная, сама по себе не обладает способностью отвечать за свою реализацию. Поэтому, если мы слышим, что тот или иной проект возглавляют не конкретные люди, а отвлеченные категории, или коллективный автор, не замкнутый на организационный и финансовый источник, это может, в числе прочего, означать «структуру без головы», фиктивную законодательную власть при засилье исполнительной, как и в любой религиозной группе.

Причина вторая. «Благотворительность», ожидающая награды в форме бесплатного труда не от дорогого мироздания, а от тех, кто «облагодетельствован». Написала эту фразу и подумала о бесконечном числе отношений в рамках патриархата, построенных по этой схеме. Бесплатный труд в благодарность за духовное руководство — от семьи до государства. Возвращаясь к истории с сельхозартелью, скажу, что набранный на этих основаниях кадровый резерв довершил развал мероприятия, в зимнее время года пропив буквально все.


Причина третья. Бедные социальные связи. Чтобы не делиться гешефтами и прибылями, идейная группа основателей постаралась исключить попадание в свои ряды кого попало, оставаясь в работоспособном меньшинстве. Все бы ничего, но мы с вами помним, что ответственности при этом не взял на себя никто. Первый же внешний партнер из центра по реабилитации наркоманов, от которого просто требовалось поставлять благодетельствуемых, использовав ряд незатейливых нарциссических манипуляций, оттеснил от руководства артелью авторку проекта и носительницу идейного начала прямо в компанию тех, кто готовили. Как я теперь понимаю, у нее были бы все шансы противостоять, если бы на первой стадии проекта она не отсортировала возможных участников, лишив себя потенциальной поддержки тех, кто симпатизировал лично ей. Элитарность ведет к бедности социальных связей и изоляции, вот нам и пример.

Причина четвертая. Добровольное, без насилия делегирование власти над индивидом третьему лицу/лицам невозможно. Есть насилие — есть власть. Нет насилия — нет власти. Поэтому те, кто ищут власти ради чего угодно, не могут обойтись без насилия. Если они обходятся без насилия, надеясь на простые уговоры и мелкий няшинг, делегирования власти не произойдет.
ли в поисках власти они прибегнут к насилию, не взяв на себя ответственность за него, произойдет не делегирование власти, а массовый исход благодетельствуемых. Почему в рамках группальности мужского типа нет этих логических провалов? Потому что там веками отточена риторика о полезности насилия в отдельно взятых случаях и в успешной иерархической группе находится индивид, который берет ответственность за насилие на себя. В качестве примера взять хотя бы ру-психолог. Есть ответственное лицо, насилие совершается, власть осуществляется, поставленные задачи решаются несмотря ни на что. Когда нет ответственного лица, но есть попытки реализовать власть, получается христианская артель. Когда применяющие насилие пишут оправдание за оправданием, у них нет шансов на реализацию власти. Ни одна идея, самая благородная, самая романтическая, ни эмпауэрмент, ни «защита от потоков говна»© не восполнит отсутствие личной ответственности тех, кто ее реализует, за насилие, которое они совершают. В том месте, где «никто ничего не делала, а они как набегут» заканчивается феминизм и начинается христианская артель.

Пути, которыми мы идем, уже кто-то прошли не однажды
Встань на чужую дорожку, и уж она приведет…®

Источник: femunity.livejournal.com


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.