Интерстеллар факты


Линда Обст, мой человек в Голливуде

Интерстеллар факты

Можно сказать, что «Интерстеллар» возник из любовного увлечения, которое в конце концов переродилось в творческий тандем.

В сентябре 1980 года мне позвонил мой друг Карл Саган. Он знал, что я один воспитываю дочку-подростка (или пытаюсь это делать — получалось у меня не очень), живу в Южной Калифорнии холостяцкой жизнью (с чуть большим успехом) и подвизаюсь на поприще физика-теоретика (тут дела обстояли не в пример лучше).

Карл позвонил, чтобы предложить мне свидание вслепую — сходить с некой Линдой Обст на грядущую мировую премьеру авторского проекта Карла, телесериала «Космос». Линда, талантливый редактор журнала «Нью-Йорк Таймс» и очаровательная женщина, недавно переехала в Лос-Анджелес. Точнее, ее, отбивающуюся руками и ногами, перевез туда муж, что впоследствии сыграло свою роль в их разводе. Стараясь извлечь максимум из сложившейся ситуации, Линда пыталась пробиться в кинобизнес, работая над фильмом «Танец-вспышка».


Премьера сериала «Космос» была торжественным мероприятием и проходила в обсерватории Гриффита. Будто желая усугубить собственную неказистость, я надел голубой смокинг. Там были все, кто имел хоть какой-то вес в Лос-Анджелесе, я чувствовал себя совершенно не в своей тарелке и… чудесно провел время.

Пару лет мы с Линдой то сбегались, то разбегались. Что-то у нас не клеилось: ее нрав и притягивал, и опустошал меня. Я все раздумывал, стоят ли долгие дни опустошения проблесков счастья, но выбор оказался не за мной. Уж не знаю, быть может, виноваты мои велюровые рубашки и трикотажные штаны, но Линда вскоре потеряла ко мне романтический интерес. Однако затем наши отношения переросли в кое-что получше — в крепкую дружбу и творческий тандем совершенно разных людей из совершенно разных миров.

Теперь перенесемся в октябрь 2005 года. Одна из наших встреч, когда мы болтали на всевозможные темы: от новых открытий в космологии до левых течений в политике, от кулинарных рецептов и до зыбучих песков кинобизнеса. На тот момент Линда уже была одним из самых известных продюсеров Голливуда (фильмы «Танец-вспышка», «Король-рыбак», «Контакт», «Как отделаться от парня за 10 дней»1). А я женился, и моя жена, Кэроли Уинстейн, стала лучшей подругой Линды. И еще я делал недурные успехи в физике.


За ужином Линда поделилась со мной замыслом научно-фантастического фильма и попросила помочь ей наполнить этот замысел конкретикой. Это могло стать ее вторым научно-фантастическим проектом, причем если над «Контактом» она работала с Карлом Саганом, то в этот раз намеревалась взять в напарники меня.

Я никогда не представлял себя в киносфере и не стремился в Голливуд, хоть и интересовался делами Линды. Однако перспектива работать с Линдой мне понравилась, к тому же ее идеи были связаны с червоточинами — с астрофизической концепцией, которую разработал я. В общем, она легко склонила меня поучаствовать в затяжном мозговом штурме.

За четыре месяца мы — общаясь лично, по электронной почте или по телефону — вчерне набросали сюжет. Там были червоточины, черные дыры, гравитационные волны, пятимерная вселенная и контакты людей с существами высших измерений.

Больше всего меня привлекала сама задумка фильма-блокбастера, построенного на положениях истинной науки. Науки на границах человеческих познаний и отчасти — за этими границами.

Фильма, режиссер, сценаристы и продюсер которого уважают науку, черпают в ней вдохновение, вдумчиво и достоверно сплетая из нее ткань повествования. Фильма, который знакомит зрителей с чудесами, даруемыми нам законами физики. Фильма, вдохновляющего широкую аудиторию познакомиться с наукой, а то и встать на научную стезю.


Девять лет спустя «Интерстеллар» стал воплощением наших мечтаний. Но путь от старта до финиша изрядно напоминал «Злоключения Полины»2; случаев, когда наши планы висели на волоске, хватало. Мы привлекли к проекту легендарного Стивена Спилберга и… потеряли его. Мы заполучили прекрасного молодого сценариста Джонатана Нолана и… теряли его дважды, на самых важных этапах работы, каждый раз на много месяцев. Два с половиной года фильм находится в подвешенном состоянии — без режиссера. А потом его возродил и преобразил Кристофер Нолан, брат Джонатана, величайший режиссер своего поколения.

Интерстеллар факты
Джона Нолан, Кип Торн, Линда Обст

 

Стивен Спилберг, режиссер (поначалу)

Однажды в феврале 2006 года, когда мы уже начали трудиться над «Интерстеллар», Линда обедала с Тоддом Фельдманом, агентом Спилберга из «Криэйтив Артистс Эйдженси». Когда Фельдман спросил, над какими фильмами она работает, Линда рассказала о нашем проекте, нашей мечте — об «Интерстеллар», научно-фантастическом фильме, который был бы не менее научным, чем фантастическим. Фельдман был впечатлен. Он решил, что это может заинтересовать Спилберга, и посоветовал Линде сегодня же послать ему сценарную заявку! (Сценарная заявка — это описание сюжета и персонажей фильма, объемом около 20 страниц или чуть больше.)


Все, что у нас было на тот момент, — переписка по электронной почте и заметки с совместных обедов. Так что мы с ураганной скоростью взялись за работу, за пару дней сваяли свой шедевр, восьмистраничную сценарную заявку, и отправили ее. Несколько дней спустя Линда написала: «Спилберг прочел и очень заинтересовался. Возможно, понадобится встретиться с ним лично. Ты готов?»

Еще бы я не был готов! Однако всего неделю спустя, прежде чем появилась возможность устроить встречу, Линда позвонила мне: «Спилберг подписывает контракт, он будет режиссером “Интерстеллар”!» Линда была в восторге, я был в восторге, оба мы были в восторге. «В Голливуде так не бывает, — сказала она мне, — никогда». И все же это случилось.

Тогда я признался Линде, что за всю свою жизнь посмотрел лишь один фильм Спилберга — конечно же, это был «Инопланетянин». (В зрелом возрасте я вообще не слишком интересовался кино.) И Линда составила мне домашнее задание: дала список фильмов Спилберга, с которыми я должен ознакомиться.

Месяц спустя, 27 марта 2006 года, состоялась наша первая встреча со Спилбергом — со Стивеном, как я отныне стал к нему обращаться. Мы встретились в уютном конференц-зале, в самом сердце его кинопродюсерской компании «Эмблин».


На той встрече я предложил Стивену и Линде два правила относительно науки в «Интерстеллар»:

1. Ничто в фильме не должно противоречить общепринятым законам физики или достоверным знаниям о Вселенной.

2. Домыслы по поводу устройства Вселенной и малоизученных физических явлений должны быть научно подкреплены, то есть основаны на идеях, которые принимают хотя бы некоторые из уважаемых ученых.

Стивен не возражал. Кроме того, он одобрил предложение Линды привлечь других ученых для дальнейшей разработки — организовать настоящий научный семинар по «Интерстеллар».

Семинар прошел 2 июня в Калифорнийском технологическом институте, в конференц-зале напротив моего кабинета.

Это была оживленная восьмичасовая дискуссия в свободном формате, с участием четырнадцати специалистов по астробиологии, планетологии, теоретической физике, космологии, психологии и космической политике, а также Линды, Стивена, его отца Арнольда и меня. Семинар выжал из нас все соки, зато обогатил уймой новых идей, а также заставил отказаться от некоторых старых, и мы с Линдой основательно перекроили сценарную заявку.

Поскольку у нас было много других дел, на переделки ушло полгода. К январю 2007 года наша сценарная заявка увеличилась до 37 страниц плюс 16 страниц, раскрывающих научную суть отдельных эпизодов.

Интерстеллар факты
Кип Торн и Кристофер Нолан в декорациях управляющего модуля «Эндюранс»

 

Джонатан Нолан, сценарист


Параллельно с этим Линда и Стивен проводили собеседования с потенциальными сценаристами. Это заняло немало времени; в итоге был выбран 31-летний Джонатан Нолан, который прежде участвовал (в соавторстве с братом Кристофером) в создании лишь двух киносценариев («Престиж» и «Темный рыцарь», оба фильма — хиты).

Джонатан, или Джона, как называют его друзья, не очень разбирался в науке, зато был прекрасным человеком, любопытным и жадным до знаний. Много месяцев он штудировал книги, связанные с научными аспектами «Интерстеллар», и задавал мне каверзные вопросы. Мы со Стивеном и Линдой одобрили много ценных предложений Джоны.

Работать с ним было одно удовольствие. Мы провели вдвоем немало насыщенных бесед по поводу научных аспектов «Интерстеллар» — обычно это происходило во время двух-трехчасовых обедов в «Афинеуме», университетском клубе Калтеха3. Джона приходил переполненный новыми идеями и вопросами, и я тут же отвечал: вот это с научной точки зрения возможно, а это — нет… Порой я ошибался. Джона наседал на меня: а почему так? а что если?.. Но я тугодум. Я шел домой и ложился в кровать, все еще размышляя над его вопросами. Посреди ночи, когда организм расслаблен, я часто находил подходящее обоснование для сценарного хода, который предложил Джона, или придумывал альтернативу, ведущую к тому же результату. Так уж я устроен, что иногда могу справиться со сложной задачей лишь в полусне.


Наутро я изучал свои сумбурные ночные записи, расшифровывал их и отправлял электронное письмо Джоне. Он отвечал по телефону, или по почте, или лично во время очередного обеда, и в конце концов мы приходили к согласию. Например, так мы договорились до гравитационных аномалий и до использования их для эвакуации человечества с Земли. Мне удалось найти способ, хоть и лежащий за границами нынешних познаний, сделать эти аномалии научно допустимыми.

Заплутав, мы звали на помощь Линду. Она быстро понимала, что к чему, и выводила нас из дебрей на чистую дорогу. Одновременно с этим она умудрялась удерживать «Парамаунт Пикчерз» от чрезмерного вмешательства, обеспечивая нам творческую свободу, а также планировала дальнейшие этапы кинопроизводства.

К ноябрю 2007 года Джона, Линда, Стивен и я утвердили общую структуру сюжета, отчасти основанного на нашей с Линдой первоначальной сценарной заявке, отчасти на великолепных придумках Джоны, отчасти на идеях, возникших по ходу коллективных обсуждений, — и Джона засел за сценарий. И тут 5 ноября 2007 года Гильдия сценаристов Америки объявила забастовку. Джоне запретили продолжать работу, и он исчез.

Я был в панике. Неужто все наши труды, наши мечты канут в небытие? Я бросился к Линде. Она сказала, что не стоит волноваться, но было заметно, что и сама она подавлена. История забастовки очень ярко описана в шестой главе книги Линды «Неспящие в Голливуде» [Obst 2013]. Эта глава называется «Катастрофа».


Забастовка длилась три месяца. Она закончилась 12 февраля, и Джона вернулся к работе над сценарием и к оживленным беседам с Линдой и со мной. За 16 месяцев он в общей сложности сделал сначала подробный сценарный эскиз, а затем три варианта сценария. Когда все было готово, мы встретились со Стивеном, чтобы обсудить сценарий с ним. Стивен больше часа задавал нам вопросы, прежде чем перешел к предложениям, просьбам и поправкам. В них он был не слишком рационален, но вдумчив, проницателен, изобретателен, а кое-где — тверд.

В июне 2009 года Джона передал Стивену третий вариант сценария и покинул проект. Он давно уже должен был работать над сценарием к фильму «Темный рыцарь: Возрождение легенды» и месяц за месяцем откладывал это дело ради «Интерстеллар». Больше откладывать он не мог, и мы остались без сценариста. Кроме того, смертельно заболел отец Джоны. Джона много месяцев провел в Лондоне, у постели отца. В течение этого долгого перерыва (отец Джоны скончался в декабре) я переживал, что Стивен потеряет интерес к проекту.

Но Стивен, как и мы, ждал возвращения Джоны. Они с Линдой могли бы нанять кого-то другого, чтобы закончить сценарий, но они настолько ценили талант Джоны, что решили повременить.


Наконец в феврале 2010 года Джона вернулся, и 3 марта Стивен, Линда, Джона и я провели очень продуктивную встречу, обсудив написанный Джоной девять месяцев назад третий вариант сценария. Я чувствовал легкое головокружение: наконец-то мы вернулись к работе.

И тут 9 июня, когда Джона усиленно работал над четвертым вариантом сценария, я получил письмо от Линды: «Наш договор со Стивеном под угрозой. Я разбираюсь с этим». Однако проблема оказалась неразрешимой. Спилберг и «Парамаунт» не договорились по поводу следующего этапа работы над «Интерстеллар», и Линде не удалось уладить этот вопрос. Неожиданно мы оказались без режиссера.

Стивен и Линда, каждый по отдельности, рассказали мне, что бюджет «Интерстеллар» грозит превратиться в чрезмерно большую сумму. Редкому режиссеру «Парамаунт» была готова доверить столь дорогой фильм. Я почувствовал, как «Интерстеллар» медленно погружается в трясину забвения. Я был опустошен, и Линда поначалу тоже. Но в преодолении препятствий ей нет равных.

Интерстеллар факты
Пол Франклин, Кип Торн

 

Кристофер Нолан, режиссер и сценарист

Всего через тринадцать дней после письма Линды о проблемах со Стивеном я получил от нее радостную весть: «Отлично поговорили с Эммой Томас…» Эмма — продюсер, жена Кристофера Нолана и соавтор всех его фильмов. Они с Кристофером заинтересовались «Интерстеллар». Линда была на седьмом небе. Джона позвонил ей и сказал, что «это наилучший вариант развития событий». Однако по ряду причин мы, хоть и знали, что Кристофер и Эмма готовы с нами работать, не могли заключить с ними договор раньше чем через два с половиной года.


Так что мы затаились и принялись выжидать — начиная с июня 2010-го, весь 2011-й и до сентября 2012 года. Все это время меня терзали тревоги. Линда во время наших встреч излучала уверенность, но однажды, как призналась позднее, записала в своем блокноте: «Возможно, мы завтра проснемся, а Крис Нолан пропадет — после двух с половиной лет ожидания. Вдруг он загорится какой-нибудь собственной идеей. Вдруг другой продюсер принесет ему сценарий, который понравится ему больше. А вдруг — просто решит отдохнуть от кино. Тогда окажется, что я зря ждала его все это время. Так бывает. Такова жизнь креативных продюсеров. Но Крис — лучший режиссер для нас. Поэтому будем ждать».

Наконец начались переговоры, во время которых обсуждались суммы на несколько порядков выше моей зарплаты. Нам поставили условие: Нолан станет режиссером, только если «Парамаунт» возьмет в долю «Уорнер Бразерс», студию, которая занималась его последними фильмами. Это означало заключить многостраничную сделку между двумя давними конкурентами.

В итоге 18 декабря 2012 года Линда написала мне: «Парамаунт и Уорнеры договорились. Лопни моя селезенка! Весной приступаем!!!» И с тех пор как за «Интерстеллар» взялся Кристофер Нолан, дела, насколько помню, шли как по маслу. Наконец-то работа пошла энергично и с огоньком!

Кристофер, что немудрено, был давно знакóм с наработками брата. И у них уже был за плечами опыт совместной сценарной работы: «Престиж», «Темный рыцарь», «Темный рыцарь: Возрождение легенды». Сначала Джона готовил исходник, затем подключался Кристофер и, тщательно обдумывая, как он снимет ту или иную сцену, все перерабатывал.

Когда «Интерстеллар» оказался целиком в руках Кристофера, он объединил сценарий Джоны со сценарием другого своего проекта, радикально изменив канву фильма.

В середине января Крис, как я вскоре начал к нему обращаться, пригласил меня побеседовать в офис своей кинопродюсерской компании «Синкопи» на территории «Уорнер Бразерс».

По ходу разговора я понял, что Крис неплохо ориентируется в относящихся к фильму областях науки и обладает, пусть во многом интуитивным, пониманием законов физики, которое редко подводило его в дальнейшем. А еще он проявил необычайную любознательность: наш разговор то и дело перескакивал на какую-нибудь постороннюю научную проблему, завладевшую вниманием Криса.

На этой нашей первой встрече я рассказал Крису о моих двух правилах: ничто не должно противоречить общепризнанным законам физики, а любые домыслы должны иметь научную основу. Отнесся он к этому в целом одобрительно, но добавил, что если мне не понравится, как он обошелся с наукой, я не обязан буду его выгораживать. Такой ответ меня насторожил. Однако теперь, когда фильм уже на стадии постпродакшн, я впечатлен, насколько добросовестно Крис следовал этим правилам, что не помешало ему снять великолепный фильм.

С середины января по начало мая Крис напряженно трудился над сценарием. Время от времени он сам или его помощник Энди Томпсон звонил мне с просьбой прийти в офис Криса либо к нему домой или же прочитать новый вариант сценария. Обсуждения были долгими, обычно часа на полтора, а порой мы еще и созванивались день или два спустя и долго беседовали по телефону. Крис задавал мне непростые вопросы. Так же как и во времена работы с Джоной, мне лучше всего думалось посреди ночи. Утром я записывал свои соображения на нескольких листках, с графиками и рисунками, и передавал их Крису лично, из рук в руки. (Крис опасался утечки информации, которая могла бы испортить сюрприз для его поклонников. Он один из самых скрытных кинематографистов Голливуда.)

Временами казалось, что сценарные новшества Криса противоречат моим правилам, но, к собственному удивлению, я почти всегда находил способ примирить их с наукой. Лишь однажды я потерпел в этом поражение, и после двух недель напряженных дискуссий Крис отступил, придав соответствующему ответвлению сюжета другое направление.

Так что в итоге Крис и не нуждается в том, чтобы кто-то защищал его от обвинений в надругательстве над наукой. Совсем наоборот, я в восторге! Он претворил нашу с Линдой идею научного блокбастера в реальность.

Стараниями Джоны и Криса сюжет «Интерстеллар» изменился до неузнаваемости. Он лишь в общих чертах напоминает нашус Линдой сценарную заявку. И он намного лучше! Что же касается научных идей, то ни в коем случае не стоит думать, будто все они принадлежат мне. Многие из них привнес в фильм Крис, хотя коллеги-физики считают их моими, да я и сам порой диву даюсь, как это мне самому не пришло в голову. Также немало замечательных идей родилось во время коллективных мозговых штурмов с Крисом, Джоной и Линдой.

Однажды в апреле мы с Кэроли устроили у нас дома, в Пасадене, прием в честь Стивена Хокинга, пригласив добрую сотню самых разных гостей: ученых, актеров, писателей, фотографов, кинематографистов, историков, школьных учителей, общественных и профсоюзных деятелей, предпринимателей, архитекторов и т. д. Там были Крис и Эмма, Джона Нолан и его жена Лайза Джой и, конечно же, Линда. Поздним вечером мы вшестером долго стояли на балконе, под звездным небом, вдали от шума вечеринки, и тихо беседовали — впервые у меня была возможность узнать Криса как человека, а не кинематографиста. Это было здóрово!

Крис — человек практического ума, обаятельный и ироничный. Он напоминает другого моего знакомого, Гордона Мура, основателя компании «Интел»: оба, достигнув высот в своей области, ведут себя просто и без претензий. Оба водят старые машины, хоть у них есть и более современные, роскошные авто. В компании обоих мне комфортно, что для такого интроверта, как я, большая редкость.

Пол Франклин, Оливер Джеймс, Эжени фон Танзелманн: команда по созданию визуальных эффектов

Однажды в разгар мая мне позвонил Крис. Он хотел послать ко мне домой парня по имени Пол Франклин, чтобы мы обсудили с ним компьютерную графику для «Интерстеллар». Пол приехал на следующий день, и мы провели увлекательнейшую двухчасовую беседу в моем рабочем кабинете. Пол, в отличие от напористого Криса, человек крайне деликатный. Он оказался большим умницей и обнаружил глубокие познания в нужных областях науки, хоть и учился в колледже на гуманитария.

Когда Пол уже уходил, я спросил, какую компанию он думает выбрать для работы над визуальными эффектами. «Мою», — ответил он просто. «А что это за компания?» — наивно поинтересовался я. «Double Negative. У нас тысяча сотрудников в Лондоне и двести — в Сингапуре».

После того как Пол ушел, я ввел его имя в интернет-поисковик и обнаружил, что он не только соучредитель Double Negative, но и обладатель «Оскара» за визуальные эффекты в фильме Криса «Начало». «Пора бы начать разбираться во всем этом кинобизнесе», — пробормотал я себе под нос. Несколько недель спустя Пол устроил видеоконференцию, где представил меня ключевым игрокам в команде по созданию визуальных эффектов для «Интерстеллар» (она базировалась в Лондоне). Наиболее плотно мне предстояло общаться с Оливером Джеймсом, главным программистом, и с Эжени фон Танзелманн, руководителем группы художников, которым и должны были помочь программы Оливера в создании захватывающих изображений для фильма.

Оливер и Эжени были первыми людьми с техническим образованием, которых я встретил, работая над «Интерстеллар». У Оливера степень по оптике и атомной физике, и он в подробностях знаком со специальной теорией относительности Эйнштейна. Эжени — инженер в области информатики и организации данных, выпускник Оксфорда. Эти люди разговаривали со мной на одном языке.

Несколько месяцев я без продыху бился над уравнениями, описывающими пространство рядом с черными дырами и червоточинами (см. главы 8 и 15). Я проверял уравнения с низкой точностью с помощью удобной компьютерной системы Mathematica, а затем отсылал свои программистские поделки Оливеру. Тот превращал полученное в сложные компьютерные программы для генерации IMAX-графики сверхвысокого качества и передавал их Эжени. Работать с ними обоими было сплошное удовольствие.

В результате графика в «Интерстеллар» вышла просто изумительной, да еще и достоверной с научной точки зрения!

Вы не представляете себе мой восторг, когда Оливер прислал мне первые видеофрагменты. Впервые в жизни я — причем раньше всех остальных ученых — увидел в сверхвысоком разрешении, на что похожа быстровращающаяся черная дыра и как выглядит окружающее ее пространство.

Интерстеллар факты
Эжени фон Танзел-манн, Кип Торн, Оливер Джеймс

 

Источник: snob.ru

Действие фильма начинается на ферме, где растет целое поле кукурузы. Чтобы воссоздать эту среду, арт-отдел высадил два квадратных километра кукурузы. Это место располагалось южнее города Калгари в Канаде. «Здесь кукурузу не выращивают, — вспоминает со-продюсер фильма Эмма Томас, — как мы обнаружили позже — по весьма уважительной причине. К счастью кукуруза не должна была выглядеть слишком здоровой. Ведь Земля в фильме умирает». У команды было всего полгода, чтобы вырастить растения до нужного размера. Но им повезло. После холодов и наводнения в последние несколько недель перед съемками в Калгари выглянуло солнце, и кукуруза таки выросла.
Дом фермера – это декорация, выстроеная у кукурузного поля с нуля. Предполагалось, что декорация будет снята как снаружи, так и внутри, поэтому дом был построен так, чтобы в нем действительно можно было жить, правда, за исключением водопровода.
Что касается песчаной бури, то для ее создания Кристофер Нолан черпал вдохновение в кадрах, снятых в 30-х годах прошлого века, когда несколько штатов США постигло бедствие под названием Пыльный котел. Тогда в результате неправильной технологии землеобработки во время засухи ветры поднимали в воздух тонны пыли и несли ее по всей прерии.
Для воссоздания этой пыли координатор спецэффектов Скотт Фишер применил перемолотый в пыль картон C-90. В отдельных сценах его гнали по съемочной площадке специальные ветродувы.
В сцене погони за индийским дроном использовали маленькую радиоуправляемую модель дрона и ее большую, но нелетающую копию. Во время съемки едущего по полю автомобиля им управлял сидящий на крыше гонщик, а актеры в кабине просто отыгрывали свои роли. Вид сверху снимали с помощью другого дрона.
Что касается скафандра, то его вес достигал 15 килограмм. Костюм был сделан специально для фильма, но это был полностью функционирующий механизм с системой охлаждения и подачи воздуха в гермошлем.
Роботы ТАРС и КЕЙС были марионетками и управлялись на площадке с помощью гидравлики. Их вес достигал 90 кг.
Все космические корабли были построены в натуральную величину, в Рейнджер был еще и водонепроницаемым, потому что ему предстояло сниматься в воде. Отдельно был построен стыковочный модуль, и актерам пришлось учиться им управлять.
Кольцевая конструкция «Эндюранс» был подвешена на кране в самом большом павильоне студии Sony. За вращение 6-метровой станции также отвечала гидравлическая установка.
Нолан отказался от использования хромакея, поэтому во время съемки все виды космоса перед иллюминаторами были созданы с помощью технологии фронт-проекции.
Для съемки кораблей в космосе использовались олдскульные миниатюры. Но и они были такого размера, что ребята из New Deal Studios в шутку обозвали их не миниатюрами, а макситюрами.
Два полноразмерных корабля из трех проделали путешествие в Исландию. Они весили 4,5 тонн каждый. Их разобрали и отправили в Рейкьявик на грузовом Боинге 747. Потом погрузили в грузовики и увезли на ледник Ватнайёкуль, где в специальных палатках собрали заново. Кстати, относительно недалеко от ледника недавно произошло извержение вулкана, и лед был засыпан пеплом, это и определило внешний вид ледяной планеты.
Одновременно вторая съемочная группа готовилась снимать водную планету в Канаде, в лагуне Брунасандур, где мелководье простиралось на сотни метров. Для доставки людей и оборудования там построили 15 км дороги, а также специальный транспорт – с высокой посадкой.

Источник: hope1972.livejournal.com

Прочный фундамент

Лейтмотивом фильма стали работы физика-теоретика Кипа Торна, а также другие интересные идеи, о которых мы регулярно пишем. Сам Торн принимал непосредственное участие в съемках фильма. Основная идея фильма, частично основанная на исследованиях Торна, заключается во включении в жизнь таких понятий, как черные дыры и червоточины.

Торн был одновременно и исполнительным продюсером, и научным консультантом фильма. Нолан (который писал сценарий в соавторстве со своим братом Джонатаном) работал с Торном, чтобы «сделать упор на научную сторону» истории. Торн также консультировался с командой по спецэффектам, чтобы максимально точно визуализировать червоточину и черную дыру.

Торн рассказал ресурсу Wired, что хотя «история полностью пропитана духом Криса и Джона, целью было создать фильм, в котором наука вплетена в саму ткань истории, от начала и до конца — и это не простая наука».

Физик-теоретик Мичио Каку эхом повторяет слова Торна. Он пообщался с телеканалом CBS News и рассказал, что «Интерстеллар» «может установить золотой стандарт для научно-фантастических фильмов на долгие годы».

Точно так же и Тим Райс, бывший инженер-программист NASA, пишет в Universe Today, что «взгляд Торна и Нолана на черные дыры и червоточины удался. «Интерстеллар» полностью использует чудеса гравитации 21 века, в отличие от фильма «Гравитация», который застрял в 20 веке и предупреждает нас осторожнее управляться с космическими аппаратами».

Почти правильно

Джеффри Клюгер, редактор журнала Time и автор сценария «Аполлона-13» (который стал базой для фильма 1995 года с таким же названием), считает, что фильм был сделан по большей части правильно. С другой стороны, этот фильм — вымысел, как ни крути.

Единственное, что вызывает вопрос, это сама червоточина. Это довольно массивный объект, который генерирует гравитационное поле, которое может свернуть пополам пространство-время, и та, что в фильме, должна весить порядка 100 миллионов наших солнц. Где бы вы ни разместили такой объект во Вселенной, он однозначно вызовет беспорядок в окружающей среде, но в фильме это не так.

Однако к вящему удовольствию, «Интерстеллар» относится к области истинной научной фантастики. Продюсеры вдохновлялись исключительно наукой и даже драма фильма была завязана на замедлении времени вследствие общей теории относительности Эйнштейна. В отличие от подавляющего большинства голливудских «кинчиков», «Интерстеллар» заслуживает высокой оценки за попытку научного реализма.

Эксперты сходятся в том, что хотя в фильме очень круто показана черная дыра, идея того, что космический аппарат может путешествовать близко к ней, маловероятна. В реальности подойти настолько близко к такому монстру было бы смертельно. Да и высокоэнергетические рентгеновские лучи диска аккреции черной дыры буквально поджарили бы космический корабль, а заодно и людей на близлежащих планетах.

Мягкое внутри

Роберто Тротта с The Guardian также усомнился в нескольких научных аспектах фильма. Он написал, что его разочаровала «основная наука фильма», но в целом нормально.

«Было много того, что передали точно: представление космического путешествия, невесомость, поверхность других планет — все это было фантастическим. Наряду с этим, однако, было много классических моментов научной фантастики: путешествия во времени, искривление пространства-времени, путешествие на огромные дистанции в короткие сроки. «Интерстеллар» очень научный фильм, но не настолько, каким мог быть».

Известный астрофизик и популяризатор науки Нил де Грасс Тайсон тоже поделился несколькими мыслями с NBC News. В целом ему понравилось, несмотря на то что не все было идеально. Особенно, как и всем, ему понравилась передача изображения черной дыры.

«Когда вы приближаетесь к черной дыре, она искажает пространство, и это было показано очень красиво. Мне понравилось, как искажается окружающий вид. Это сложная проблема трассировки лучей, и если вы кинопродюсер, который может правильно ее показать, то почему нет?».

Источник: Hi-News.ru

Когда катаклизмы начинают медленно разрушать землю, и люд смертный понимает, что уничтожение неизбежно, группа ученых-физиков и астронавтов отправляются в открытый космос навстречу новым мирам, в которых люди постараются найти будущее убежище…

Наверно каждый киновед согласится, что новый проект культового и чрезмерно талантливого Кристофера Нолана является чуть-ли не святом для зрителей всех времен и народов, и один из этих праздников припадает на октябрь-ноябрь 2014 года в виде картины ‘Интерстеллар’, повествующей нам о межзвездных путешествия в пространстве в поиске новой планеты, подходящей для жизни. Сюжет начинается с того, что после 21 века весь мир со временем начинает страдать от катаклистической засухи, которая угрожает подобно огромному жнецу скосить всю жизнь с мирового поля под названием планета Земля, и световые умы решают отправить умных и умелых людей в открытый космос, и доверить в их руки спасение всего человечества от фаталистичного и инфернального краха, и среди этих людей окажется наш герой в лице летчикаДжозефа Купера, обычного выходца из Альберте с достаточно необычными навыками и познаниями. Решив поэкспериментировать с новым жанром, в поле зрения маэстро Нолана попадает такая ветвь жанра, как ‘научная фантастика’, и чтобы снять по-настоящему интересное и шокирующее в хорошем смысле кино, вместе со своим братом он составляет достаточно необычный и продуманный до мельчайших гаек синопсис про межпространственные приключения, и также следует заметить интересную деталь в виде того, что авторам фильма помогал сам Торн Кип Стивен, астроном и физик, прославившийся за работы в сфере квантовой физики, гравитации и межпортальных черных дыр, о чем говорит минимальное содержание псевдонаучных элементов и несостыковок, которые ввели бы знатоков астротемы своей абсурдностью в дикий смех и эдакое забавное недоумении. Услышав слово «научная фантастика», не стоит сразу мейнстримно думать, что этот проект сможет порадовать лишь одними завораживающими спецэффектами: да, в фильме есть потрясающие и умопомрачительные спецэффекты, зоной поражения которых стали ландшафтные просторы бороздящего в океане пустынного ледника Снайфедльсйёкюдль, поражающие своей масштабной и холодной красотой, и мглистая для людей ширь макрокосма, но помимо этого, в свое зрелищное детище авторы заложили достаточно актуальную философскую тему людского желания исследовать вакуумные просторы Вселенной: неодолим зов глубин ночного неба, необоримо стремление подняться ввысь на столбе ракетного пламени и окинуть взором всю Вселенную. Жажда познания — наш компас в этом удивительном мире, и стрелка компаса давно указывает на золотистые звёздные россыпи во тьме величественного космоса. – Так звучит синопсис одной из основных мыслей фильма, однако Нолан еще добавил ряд ярких философских идей, и самым интересным есть концептуальным фрагментом, в основе которого находится наш герой, его переживания, связанные с разлукой и раздумия насчет того, вернется ли он обратно в родной дом и какова будет цена его путешествия и открытия, и после просмотра сей драмы зритель невольно задумается над тем, стоит ли человечеству отправляться в межзвездные полеты и какова будет последственная плата за попытку найти новое прибежище, в котором новому люду явно поначалу будут не рады…

Замолвим слово про раннюю указанную часть спецэффектов: выполненные в лучших традициях Альфонсо Куарона (сам художник «Гравитации» приложил свою крепкую руку) и переданные крупномасштабной съемкой оператора Хойте Ван Хойтема, использовавший камеры IMAX с Ноланом за пределом их тотальных возможностей, действительно поражают своей зрелищностью и глубокой красотой, буквально вырываясь за пределы экрана и перенося зрителя в динамичную пучину астрособытий.

Мэттью Макконахи, достаточно амбициозная и перспективная персона, ранее игравшая в проходных комедиях и лентах, а нынче за счет прекрасной артисткой работы в «Далласком Клубе Покупателей» и ТВ-сериалу от НВО «Настоящем Детективе», выбился в так называемую элиту, и Нолан действительно не упустил свой счастливый куш, пригласив сего актера на главную роль в свою «Космическую Одиссею», а наоборот, мультиплицировал счастливые очки. Его герой, фермер Джозеф Купер, поначалу казавшийся совсем не примечательным семьянином, коих на свете как звезд в Альфа-Центавре, однако с начала своего межпространственного приключения перед нами постает действительная натура и душевная палитра сего героя, позволяющая с анализом раскрыто оценить героя по достоинству, и конечно же, за уровень должного насыщения и привлекаемого интереса отвечает наш любимый Макконахи, который своим необычайным талантом и харизмой так и магнетизирует к себе и своей образной натуре. На остальном плане очень порадовала амбициозная Энн Хэтуэй в роли биолога Амелии, которая хорошо и гармонично смотрелась в кооперировании с Купером, ее отец в исполнении лучшего друга Нолана и его вечного актера Майкла Кейна, Уэса Бэнтли, и Джессику Частейн в образе его дочери Мерф, в молодой флэшбековой версии которой также стоит выделить труды юной Маккензи Фой.

К написанию величественного сопровождения приложил свое музыкальное перо сам Ханс Циммер, о славе и проектах которого можно даже не упоминать: подбирая разнообразные виды композиций, начиная от спокойный ритмов до динамичного эпика, Циммер словно музыкальный Франкенштейн успешно создает что-то необычное, оригинальное и атмосферное, то, что станет действительно отличным аккомпонентом для картины, подчеркивающим контрастный лад того или иного момента для большего зрительского погружения.

Итог: «Интерстеллар» стал по-настоящему успешным экспериментов в жанре натуральной научной фантастики для Кристофера Нолана, который снял достаточно изысканную, оригинальную, глубокомысленную и шокирующую своей красотой и кристальной безупречностью картину, в которой буквально нет никаких уж больно ярких минусов во всех составляющих планах, и в который раз доказал, что за ним и его сияющим мозгом с резервом золотых идей стоит будущее кинематографа. По версиям различных критиков и инсайдеров, эта лента является одной из лучших в фильмографии режиссера, и я вольно соглашусь с ними, и честно советую вам оценить картину по достоинству, и думаю безразличным к своему естеству уж точно никого не оставит.

10 из 10

Зовёт нас в дальний путь неведомое, таинственное и непостижимое, что скрыто в глубинах Мироздания, что откроется только настойчивым и смелым. С болью в груди, с тяжёлым сердцем мы покидаем твои тёплые равнины и ласковые реки, бескрайние моря и высокие горы. Влюблённые в тебя, матушка-Земля, мы отчаливаем на полных парусах. Холод мёртвого вакуума нам дороже простора лазурной атмосферы, потоки излучения роднее солёного бриза, и милее всего на свете хруст звёздного света на зубах.

Пусть мы слабы и не значим ничего во Вселенной, пусть тела наши быстро изнашиваются, но стать по-настоящему людьми нам удастся только на Просторе. Природа человека — в вечном движении, неуёмном любопытстве и в неутомимом труде. Космос — это новый дом грядущих живописцев, где палитра их стремлений найдёт себе достойный холст.

Ты навсегда останешься в наших сердцах.

Источник: www.kinopoisk.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.