Леонов алексей архипович выход в открытый космос


ИСТОРИЯ ОСВОЕНИЯ КОСМОСА. ВЫХОД В ОТКРЫТЫЙ КОСМОС АЛЕКСЕЯ ЛЕОНОВА

18 марта 1965 года впервые в мире был осуществлен выход человека в открытое космическое пространство. Его совершил летчик-космонавт СССР Алексей ЛЕОНОВ во время полета на космическом корабле «Восход-2» 18-19 марта 1965 года. Командиром корабля был Павел БЕЛЯЕВ, Алексей ЛЕОНОВ — вторым пилотом.

 

 

Ракета-носитель с экипажем корабля «Восход-2» стартовала 18 марта 1965 года ровно в 10:00 по московскому времени с космодрома Байконур. Сразу после выхода на орбиту, уже на первом витке, была надута шлюзовая камера и начата подготовка к выходу в космическое пространство.

 

Шлюзовая камера корабля сообщалась с кабиной люком с герметизирующей крышкой, которая открывалась внутрь гермокабины как автоматически (с помощью специального механизма с электроприводом), так и вручную. Управление приводом осуществлялось с пульта.


 

В шлюзовой камере были размещены две кинокамеры для съемки процесса входа космонавта в камеру и выхода из нее, система освещения, агрегаты системы шлюзовой камеры. Снаружи был установлен киноаппарат для съемки находящегося в космическом пространстве космонавта, баллоны с запасом воздуха для наддува шлюзовой камеры и баллоны с аварийным запасом кислорода.

 

После выхода космонавта в космос, перед спуском на 3емлю, основную часть шлюзовой камеры отстреливали, и корабль входил в плотные слои атмосферы почти в обычном виде — имея лишь небольшой нарост в области входного люка. Если бы «отстрел» камеры по каким-нибудь причинам не состоялся, то экипажу пришлось бы вручную обрезать мешающую спуску на Землю шлюзовую камеру. Для этого нужно было надеть скафандры и, разгерметизировав корабль, и высунуться в люк.

 

Для выхода в космическое пространство был разработан скафандр «Беркут» с многослойной герметичной оболочкой, с помощью которой внутри скафандра поддерживалось избыточное давление, обеспечивающее нормальную жизнедеятельность космонавта. Снаружи скафандр имел специальное покрытие белого цвета для предохранения космонавта от теплового воздействия солнечных лучей и от возможных механических повреждений герметичной части скафандра. Скафандрами были снабжены оба члена экипажа, чтобы командир корабля мог при необходимости оказать помощь космонавту, вышедшему в космос.


 

Управление шлюзованием осуществлял командир корабля Павел БЕЛЯЕВ с пульта, установленного в кабине. При необходимости управление основными операциями шлюзования могло осуществляться ЛЕОНОВЫМ с пульта, установленного в шлюзовой камере.

 

БЕЛЯЕВ наполнил шлюзовую камеру воздухом, и открыл люк, соединяющий кабину корабля со шлюзовой камерой. ЛЕОНОВ «вплыл» в шлюзовую камеру, а командир корабля, закрыв люк в камеру, начал ее разгерметизацию.

 

В 11 часов 28 минут 13 секунд в начале второго витка была произведена полная разгерметизация шлюзовой камеры корабля. В 11 часов 32 минуты 54 секунды открылся люк шлюзовой камеры, а в 11 часов 34 минуты 51 секунду Алексей ЛЕОНОВ вышел из шлюзовой камеры в космическое пространство.

 

Космонавта с кораблем связывал фал длиной 5,35 метра, в составе которого был стальной трос и электрические провода для передачи на борт корабля данных медицинских наблюдений и технических измерений, а также осуществления телефонной связи с командиром корабля.


 

В открытом космосе Алексей ЛЕОНОВ начал проводить предусмотренные программой наблюдения и эксперименты. Он совершил пять отходов и подходов от шлюзовой камеры, причем самый первый отход был сделан на минимальное расстояние — один метр — для ориентации в новых условиях, а остальные на полную длину фала. Все это время в скафандре поддерживалась «комнатная» температура, а его наружная поверхность разогревалась на солнце до +60°С и охлаждалась в тени до -100°С. Павел БЕЛЯЕВ с помощью телекамеры и телеметрии следил за работой второго пилота в космосе и был готов, если это потребуется, оказать необходимую ему помощь.

 

После выполнения ряда экспериментов Алексею Архиповичу была дана команда возвращаться, но сделать это оказалось непросто. Из-за разности давлений в космосе скафандр сильно раздулся, потерял свою гибкость, и ЛЕОНОВ не мог втиснуться в люк шлюза. Он сделал несколько безрезультатных попыток. Запас кислорода в скафандре был рассчитан всего на 20 минут, которые заканчивались. Тогда космонавт сбросил давление в скафандре до аварийного.

 

Скафандр уменьшился, и вопреки инструкции, предписывающей заходить в шлюз ногами, он протиснулся в него головой вперед. ЛЕОНОВ стал разворачиваться, так как входить в корабль все равно нужно было ногами из-за того, что крышка, открывающаяся внутрь, съедала 30% объема кабины. Разворачиваться было сложно, так как внутренний диаметр шлюза — один метр, а ширина скафандра в плечах — 68 сантиметров. С большим трудом ЛЕОНОВУ удалось это сделать, и он смог войти в корабль ногами вперед, как положено.


 

Алексей Архипович находился вне корабля в условиях космического пространства 23 минуты 41 секунду. По положениям Международного спортивного кодекса чистое время пребывания человека в открытом космосе исчисляется с момента появления его из шлюзовой камеры (от обреза выходного люка корабля) до входа обратно в камеру. Поэтому время нахождения Алексея ЛЕОНОВА в открытом космическом пространстве вне космического корабля считается равным 12 минут 9 секунд.

 

С помощью бортовой телевизионной системы процесс выхода Алексея ЛЕОНОВА в космическое пространство, его работа вне корабля и возвращение в корабль передавались на Землю и наблюдались сетью наземных пунктов.

 

После возвращения в кабину Алексея ЛЕОНОВА космонавты продолжили выполнять эксперименты, запланированные программой полета.


 

В полете было еще несколько нештатных ситуаций, которые, к счастью, не привели к трагедии. Одна из таких ситуаций возникла при возвращении: не сработала система автоматической ориентации на Солнце, и поэтому не включилась вовремя тормозная двигательная установка.

 

Космонавты должны были осуществить посадку в автоматическом режиме на семнадцатом витке, но из-за отказа автоматики, вызванного «отстреливанием» шлюзовой камеры, пришлось уйти на следующий, восемнадцатый виток и садиться с использованием ручной системы управления. Это была первая посадка в ручном режиме, и при ее осуществлении обнаружилось, что с рабочего кресла космонавта невозможно заглянуть в иллюминатор и оценить положение корабля по отношению к Земле. Начинать же торможение можно было только сидя в кресле в пристегнутом состоянии. Из-за этой нештатной ситуации была потеряна необходимая при спуске точность. В результате приземлились космонавты 19 марта далеко от расчетной точки посадки, в глухой тайге, в 180 километрах северо-западнее Перми.

 

Нашли их не сразу, посадке вертолетов помешали высокие деревья. Поэтому ночь космонавтам пришлось провести около костра, используя для утепления парашюты и скафандры. На следующий день в мелколесье, в нескольких километрах от места приземления экипажа, спустился десант спасателей для расчистки площадки для небольшого вертолета. Группа спасателей на лыжах добралась до космонавтов. Спасатели построили бревенчатую избушку-шалаш, где оборудовали спальные места для ночлега. 21 марта площадка для приема вертолета была подготовлена, и в тот же день на борту Ми-4 космонавты прибыли в Пермь, откуда и сделали официальный доклад о завершении полета.


 

20 октября 1965 года Международная авиационная федерация (ФАИ) утвердила мировой рекорд продолжительности пребывания человека в космическом пространстве вне космического корабля 12 минут 9 секунд, и абсолютный рекорд максимальной высоты полета над поверхностью Земли космического корабля «Восход-2» — 497,7 километра. ФАИ присудила Алексею Архиповичу ЛЕОНОВУ высшую награду — Золотую медаль «Космос» за первый в истории человечества выход в открытое космическое пространство, а лётчику-космонавту СССР Павлу БЕЛЯЕВУ были вручены диплом и медаль ФАИ.

 

Первый выход в открытый космос советские космонавты провели на 2,5 месяца раньше американских астронавтов. Первым американцем побывавшем в космосе стал Эдвард УАЙТ, выполнивший выход в открытый космос 3 июня 1965 года, во время его полёта на корабле «Джемини-4» (Gemini-4). Продолжительность пребывания в открытом космосе составила 22 минуты.


 

Первый выход в открытый космос, совершенный Алексеем Архиповичем ЛЕОНОВЫМ, стал очередной точкой отсчета для мировой космонавтики. Во многом благодаря опыту, полученному в этом первом полёте, сегодня выход в открытый космос является уже стандартной частью экспедиций на Международную космическую станцию.

 

В наши дни во время выходов в космос проводятся научные исследования, ремонтные работы, установка нового оборудования на внешнюю поверхность станции, запуск малых спутников и целый ряд других операций.

 

Героизм членов экипажа космического корабля «Восход-2» вдохновил творческий коллектив Тимура БЕКМАМБЕТОВА и Евгения МИРОНОВА на создание масштабного продюсерского кинопроекта, героической драмы «Время первых», посвященной одной из самых рискованных экспедиций на орбиту и выходу Алексея ЛЕОНОВА в космос. Фильм создан кинокомпанией «Базелевс» при поддержке Госкорпорации «РОСКОСМОС».

 

«Время первых» — это не документальное кино, в котором были бы скрупулёзно восстановлены события полёта космического корабля «Восход-2». Это скорее научно-фантастический фильм, в основу которого лег реальный полёт Павла БЕЛЯЕВА и Алексея ЛЕОНОВА. Фильм выйдет в прокат 6 апреля 2017 года.


 

 

Также, сегодня, 18 марта 2017 года, многие издания и интернет-порталы отметили историческую дату. Так, редакция газеты «Комсомольская правда» выпустила спецвыпуск, с титульной страницей, оформленной в стиле газеты 1965 года.

 

Леонов алексей архипович выход в открытый космос

Октрыть страницу 1, открыть страницы 2-3

 

А главную страницу российского коммуникационного портала mail.ru украсил тематический баннер.

 

Леонов алексей архипович выход в открытый космос

Источник: www.roscosmos.ru

Подготовка

гагарин таймПрошло почти четыре года со дня полета Юрия Гагарина, весь мир был увлечен космической гонкой двух сверхдержав — СССР и США. Они отправили уже по несколько пилотируемых кораблей; в 1964 впервые на советском «Восходе» нового типа в космос отправились сразу три человека, теперь предстоял следующий принципиальный шаг — выход в открытый космос.


Обе державы, усиленно занимавшиеся космической программой, одновременно приходили к очевидным проблемам, требующим решения. Рано или поздно при планируемых длительных полетах потребуются профилактические и ремонтные работы снаружи корабля, кроме самих космонавтов выполнять их будет некому, следовательно, нужно было разработать безопасную и действенную систему их осуществления. В СССР этой проблемой занимался Королев, а главным специалистом-исполнителем стал молодой космонавт из первого отряда — Алексей Леонов. По программе разработали усовершенствованный вариант новейшего космического аппарата «Восход», шлюзовую систему и специальный защитный скафандр. К февралю 1965 года все было готово, оставался последний бросок.

Корабль

первый человек в открытом космосе александр леонов история


«Восход-2» стал усовершенствованной версией первого корабля, на котором в 1964 году впервые был совершен одновременный полет сразу трех космонавтов: Владимира Комарова, Константина Феоктистова и Бориса Егорова. В кабине было так тесно, что им пришлось лететь без скафандров, и в случае разгерметизации корабля им грозила неминуемая гибель. Вес «Востока-2» составлял почти 6 тонн, диаметр 2,5 метра, а высота почти 4,5 метра. Новый корабль приспособили для полета двух человек и оснастили уникальным надувным шлюзом для выхода в открытый космос «Волга» — там камера надувалась и готова была принять космонавта. Ее внешний диаметр 1,2 метра, внутренний всего 1 метр, а длина – 2,5 метра. При подготовке к посадке камера отстреливалась и корабль приземлялся без нее.

первый человек в открытом космосе александр леонов история

Стоит отметить, что полет «Восхода-2» со шлюзовой камерой и экипажем на борту был рискованным, так как предварительно проверить работу всех систем не удалось. 22 февраля 1965 года, меньше чем за месяц до полета Беляева и Леонова, беспилотный корабль «Космос-57» (копия «Востока-2») во время испытательного полета был взорван из-за ошибочной команды на самоуничтожение. Несмотря на это, Королев (главный конструктор всей программы) и Келдыш (Президент Академии Наук СССР), посоветовавшись с космонавтами, решили не отменять запланированный полет.

Доспехи

первый человек в открытом космосе леонов

Первый скафандр для выхода в открытый космос назывался «Беркут» (к слову, все советские и российские скафандры носят имена хищных птиц: «Орлан», «Ястреб», «Сокол», «Кречет»), вместе с ранцем он весил 40 килограмм, что, конечно же, не имеет никакого значения в условиях невесомости, но дает представление о серьезности конструкции. Все системы были максимально простыми, но эффективными. Например, конструкторы решили обойтись без регенерационной установки для экономии места и выдыхаемый углекислый газ выпускался через клапан прямо в открытый космос.

Однако на тот момент в скафандре использовались несколько новейших технологий того времени: экранно-вакуумная изоляция из нескольких слоев металлизированной ткани защищала космонавта от перепадов температуры, а светофильтр на стекле шлема спасал его глаза от яркого солнечного света.

«Беркут» использовался всего один раз во время полета «Восхода-2» экипажем Беляева и Леонова и является на данный момент единственным универсальным скафандром, то есть предназначавшимся как для спасения пилотов при разгерметизации корабля, так и для выходов в открытый космос.

Угрозы

первый человек в открытом космосе леонов

Вы все, конечно же, смотрели фильм «Гравитация», получивший 7 Оскаров, а потому должны иметь хорошее представление о всех опасностях, угрожающих космонавту в открытом космосе. Это опасность потерять связь с кораблем, опасность столкнуться с космическим мусором и, наконец, опасность истечения запасов кислорода до возвращения на корабль. Помимо этого существует и опасность перегрева или переохлаждения, а также поражения радиацией.

Связь

Леонов был привязан к кораблю прочным фалом длиной пять с половиной метров. В ходе полета, он неоднократно вытягивался на всю длину и снова подтягивался к кораблю, фиксируя все свои действия на кинокамеру. В 60-х еще не существовало ракетных ранцев (устройство для перемещения и маневрирования космонавта) позволяющих полностью свободно отделяться от корабля и возвращаться на него, так что тонкая крепкая веревка на двух металлических карабинах — это в буквальном смысле все, что связывало Леонова с жизнью и возможностью вернуться домой.

первый человек в открытом космосе александр леонов историяОбломки

вероятность столкнуться с каким-либо космическим мусором, вращающимся на орбите Земли, в 1965 году была еще очень мала. До полета «Восхода-2» в космосе побывали всего лишь 11 пилотируемых кораблей и несколько спутников, при этом на довольно низких орбитах с относительно большой плотностью атмосферных газов, соответственно, большая часть мельчайших частиц краски, обломков и прочего мусора, остающегося после этих кораблей, вскоре сгорала, не успев причинить никому вреда. До формулирования синдрома Кесслера было еще далеко, и советская космическая программа не воспринимала эту опасность всерьез.

Кислород

Скафандр «Беркут», разработанный специально для выхода в открытый космос и имевший полную автономность, имел запас всего в 1666 литров кислорода, а для поддержания необходимого давления газа и жизнедеятельности космонавта необходимо было тратить больше 30 литров в минуту. Таким образом, максимальное время пребывания вне корабля составляло всего лишь около 45 минут, и это на все про все: вход в шлюз, выход в открытый космос, пребывание в свободном полете, возвращение в шлюз и ожидание времени его закрытия. Общее время выхода Леонова составило 23 минуты 41 секунду (из них вне корабля 12 минут 9 секунд). Никакого запаса на исправление ошибок или спасение не предусматривалось.

Температурный режим и радиация

Леонов успел фактически чудом успеть завершить свой выход до попадания корабля в тень от Земли, где низкие температуры могли осложнить все его действия и привести к смерти. В кромешной тьме он бы не смог справиться с фалом и входом в шлюз. Нахождение на солнечной стороне в течение каких-то 12 минут заставляло его обливаться потом. «Терпения уже не было, по лицу пот тек не градом, а потоком, да такой едкий, что глаза жгло» — вспоминает Леонов. Что касается радиации, то тут ему относительно повезло. На апогее орбиты почти в 500 километрах над землей, «Восход-2» задевал только нижний край радиационно-опасной зоны, где излучение может составлять до 500 рентген/час (смертельная доза за несколько минут), кратковременное нахождение в ней и хорошее стечение обстоятельств не привели к страшным последствиям. По приземлении у Леонова зафиксировали дозу в 80 миллирад, что значительно превышает норму, но к повреждениям здоровья не приводит.

Полет

первый человек в открытом космосе леонов

На первом же витке полета была надута шлюзовая камера. Оба члена экипажа заняли свои места и облачились в скафандры. На втором витке Леонов перелез в шлюзовую камеру, а командир плотно задраил за ним люк. В 11:28 из «Волги» стравили воздух — время пошло, теперь Леонов был полностью автономен. В 11:32 с пульта управления был открыт наружный люк, через две минуты в 11:34 Леонов покинул шлюз и отправился в открытый космос.

В момент выхода пульс космонавта составлял 164 удара в минуту. Леонов отдалился от корабля на метр, а затем снова вернулся. Тело свободно разворачивалось в пространстве. Через стекло своего шлема он смотрел на проплывающее прямо под ним Черное море, на корабли, плывущие по его темно-синей глади.

Он несколько раз повторил свой маневр отхода и подхода к кораблю, свободно вращаясь и раскинув руки, все это время разговаривая по радиостанции с командиром корабля и наземными службами. Над Волгой Беляев подключил телефон в скафандре Леонова к передачам Московского радио, по которому Левитан читал сообщение ТАСС о выходе человека в открытый космос. В это время весь мир с помощью телетрансляции с камер корабля мог видеть, как Леонов машет рукой всему человечеству прямо из открытого космоса.

Рекордный полет Леонова продолжался 12 минут и 9 секунд.

 Непредвиденные обстоятельства

первый человек в открытом космосе александр леонов история

При подготовке к полету на земле были отработаны 3000 различных аварийных ситуаций и их решений. Но Леонов говорил, что по закону в космосе случится и 3001-ая, и ее тоже нужно будет решить. Так и произошло.

В открытом космосе мягкий скафандр раздулся из-за избыточного давления (внутри 0,5 атм, снаружи — ноль). «Руки у меня выскочили из перчаток, а ноги из ботинок», — вспоминает Леонов. Космонавт оказался внутри большого надутого шара. Пропали тактильные ощущения и чувство опоры. А еще предстояло собрать фал в бухту, чтобы не запутаться в нем, забрать кинокамеру, которую он держал в руках и войти в узкий люк надувной шлюзовой камеры. Решение надо было принимать очень быстро, и Леонову это удалось.

«Я молча, не докладывая на Землю (вот это мое было очень большое нарушение), принимаю решение и сбрасываю давление из скафандра практически в 2 раза, на 0,27 вместо 0,5. И у меня сразу руки встали на место, я смог работать в перчатках».

Но это порождало страшные последствия — из-за падения парциального давления кислорода он попадал в зону закипания азота (кессонная болезнь, известная у ныряльщиков). А нужно было спешить. Командир корабля Беляев, видя, что тень неумолимо приближается, и в полной темноте и при предельном минусе Леонову уже ничто не сможет помочь, торопил своего пилота.

Леонов сделал несколько попыток войти в шлюз, но все они были неудачными, скафандр не слушался и не позволял зайти вперед ногами, как положено по инструкции. Каждая неудача приближала страшную гибель: кислород был на исходе. От волнения и напряженной работы пульс Леонова участился, он стал чаще и глубже дышать.

Тогда Леонов в нарушение всех инструкций сделал последнюю отчаянную попытку — сбросил с помощью клапана давление в скафандре до предельного минимума, втолкнул кинокамеру в шлюз и, развернувшись вперед головой, втянулся внутрь на руках. Это удалось сделать лишь благодаря отличной физической подготовке — измотанный организм отдал последнюю энергию этому усилию. Внутри камеры Леонов с большим трудом развернулся, задраил люк и, наконец, отдал команду выровнять давление. В 11:52 в шлюзовую камеру начал поступать воздух — это и стало окончанием выхода Алексея Леонова в открытый космос.

Возвращение домой

первый человек в открытом космосе леонов

Борьба Леонова за жизнь была завершена; люк за его спиной захлопнулся, отделив тесный светлый уютный мирок кабины «Восхода-2» от темного бесконечного холода космического пространства. Но тут возникла другая проблема. Начало повышаться парциальное давление кислорода в кабине, оно дошло уже до 460 мм и продолжало расти, — и это при норме в 160 мм. Малейшая искра в электросхемах приборов могла привезти к взрыву. Позднее выяснилось, что из-за того, что долгое время «Восход-2» был стабилизирован относительно Солнца, он нагревался неравномерно (с одной стороны +150°С, а с другой -140°С), что привело к незначительной деформации корпуса. Датчики закрытия люка сработали, но осталась небольшая щель, из которой улетучивался воздух. Система автоматики исправно обеспечивала жизнеобеспечение космонавтов, подавая в кабину кислород. Разобраться самостоятельно с этим экипаж был не в силах, и космонавтам оставалось лишь с ужасом наблюдать за показаниями приборов. Когда общее давление достигло 920 мм, люк под его напором захлопнулся, и угроза миновала — вскоре атмосфера внутри кабины нормализовалась.

IMG_8166Но и на этом беды космонавтов не закончились. В штатном режиме корабль должен был начать программу посадки после 17-ого витка, но тормозная двигательная установка не сработала в автоматическом режиме, и корабль продолжал с бешеной скоростью нестись по орбите. Сажать корабль пришлось в ручном режиме, Беляков сориентировал его в правильное положение и направил в безлюдную местность в тайге в районе Соликамска. Больше всего тогда командир боялся попасть в густонаселенный район и задеть линии электропередач или дома. Был также риск залететь на недружественную на тот момент территорию Китая, но всего этого удалось избежать. После включения тормозных двигателей и торможения в атмосфере потянулись мучительные секунды ожидания. Но все обошлось: парашютная система сработала в штатном режиме, и «Восход-2» приземлился в 30 километрах юго-западнее города Березники в Пермской области. Командир блестяще справился с задачей, отклонившись от расчетной точки всего на 80 км с учетом того, что корабль летел со скоростью около 30 000 км/ч.

С вертолета очень быстро обнаружили красные парашюты, повисшие на верхушках деревьев, но вот найти место для посадки и вытащить удачно приземлившийся экипаж не было никакой возможности. Двое суток Беляев и Леонов просидели в заснеженной тайге, ожидая прибытия помощи. Не вылезая из скафандров, они закутались в теплоизоляционную обшивку, обмотались стропами парашютов, развели костер, но в первую ночь согреться не удалось. Наутро им сбросили продукты и теплые вещи (пилоты сняли куртки со своих плеч), на канатах спустили группу с врачом, которая, добравшись до приземлившихся космонавтов, смогла обеспечить им лучшие условия. Все это время неподалеку вырубали площадку для приземления эвакуационного вертолета, куда космонавты могли добраться на лыжах. Уже 21 марта Беляев и Леонов были в Перми, откуда доложили об удачном завершении полета лично генсеку КПСС Леониду Брежневу, а 23 марта героев встречала Москва.

***

20 октября 1965 года Международная авиационная федерация (FAI) отметила рекорд пребывания человека в открытом космическом пространстве вне корабля — 12 минут и 9 секунд. Алексей Леонов получил высшую награду FAI — золотую медаль «Космос» за первый выход в открытое космическое пространство в истории человечества. Командир экипажа Павел Беляев также получил медаль и диплом.

Леонов стал пятнадцатым человеком в космосе, и первым человеком, совершившим следующий принципиальный шаг после Гагарина. Остаться один на один с бездной, самым враждебным пространством для человека, посмотреть на звезды лишь через тонкое стекло шлема, услышать стук своего сердца в абсолютной тишине и вернуться назад — это настоящий подвиг. Подвиг, за которым стояли тысячи ученых, инженеров, рабочих и миллионы простых людей, но совершил его один человек — Алексей Леонов.

Источник: disgustingmen.com

На старт! Внимание! Марш!

Первыми осуществить выход человека в открытый космос планировали США. Старт американского корабля в рамках этой миссии был назначен на 28 апреля 1965 года. Однако Советский Союз сумел опередить их. 18 марта того же года в 10 часов утра по московскому времени с космодрома «Байконур» стартовал космический корабль «Восход-2», на котором находились командир экипажа подполковник Павел Иванович Беляев и второй пилот майор Алексей Архипович Леонов.

Экипаж корабля подбирался с особой тщательностью. Беляев был самым опытным лётчиком в первом отряде космонавтов, а Леонов лучше всех переносил тренировки в барокамере и центрифуге, а также больше других подходил по морально-психологическим данным. Причем следует отметить, что участие Беляева в полете первоначально не планировалось — по состоянию здоровья он был на грани отчисления. Его включили позже, по настоянию Гагарина.

Первая неприятность произошла перед стартом. Рано утром 17 марта ракету и корабль установили на стартовой площадке. Рядом с кораблем на лебедке, зафиксированной при помощи защелки, подвесили двухметровый шлюз в наддутом состоянии. Таким образом в течение суток его проверяли на герметичность. Солдат, оставленный для охраны «объекта», от нечего делать шлепал пальцем по защелке. После очередного удара защелка выскочила, шлюз упал и разорвался. Запасного не было, и на корабль в срочном порядке поставили тот, на котором космонавты тренировались.

Сам старт прошел без осложнений. Как вспоминают его участники на Земле, первые 40 секунд полета казались особенно долгими — в случае аварии на этой стадии спасение экипажа почти невозможно. Но корабль вышел на заданную орбиту, достигнув высоты в 497,7 километра. До этого ни один пилотируемый космический аппарат так высоко не летал.

Как только «Восход-2» перешел в свободный полет, Леонов вместе с Беляевым стал готовиться к эксперименту. В начале второго витка была произведена полная разгерметизация шлюзовой камеры, а через шесть минут, в 11:34, Леонов вышел из нее в космическое пространство.

Открытый космос

Выход в открытый космос через шлюз не вызвал затруднений — он начался над Черным морем, а закончился над Сахалином. Беляев поддерживал с напарником непрерывную связь, следя за его работой с помощью телекамеры. Леонов плавно парил в космосе, несколько раз переворачивался, приближался к кораблю и удалялся на полную длину фала — около пяти метров. Дальше последовал короткий доклад на Землю: «Все сделано по плану. «Алмаз-2″ готовится к входу».

И тут возникли непредвиденные обстоятельства. Инструкция предписывала возвращаться в шлюз ногами вперед. Леонов подтянулся к обрезу люка, но втиснуться в шлюз не смог. Как оказалось, его скафандр непомерно раздулся от избыточного давления и стал более жестким, сковав движения. Возвращение становилось невозможным.

До входа в тень Земли оставалось пять минут, после чего корабль на час погрузился бы в кромешную тьму. Вопреки инструкции, не сообщив о ЧП на Землю, Леонов сбросил давление вдвое — до 0,27 атмосферы. Скафандр немного уменьшился в размерах, и космонавт попробовал войти в шлюз головой вперед. В 11:47 это ему удалось, «Алмаз-2» закрыл внешний люк и начал разворачиваться, так как иначе ему бы не удалось перейти из шлюза в корабль.

Во время этого разворота нагрузка увеличилась максимально, вспоминает Леонов. Пульс дошел до 190, температура тела подскочила настолько, что до теплового удара оставались доли градуса. Космонавт потел так, что ноги в скафандре хлюпали. Едва крышка люка закрылась, Леонов вновь нарушил инструкцию и снял гермошлем, не дожидаясь подтверждения о полной герметизации. За полтора часа эксперимента он потерял шесть килограммов.

С момента открытия люка шлюза и до его закрытия Алексей Леонов находился в открытом космосе 23 минуты и 41 секунду. Но чистое время пребывания в нем считается с момента появления космонавта из шлюзовой камеры до входа обратно. Поэтому официально зарегистрированное время нахождения Леонова в открытом пространстве составляет 12 минут и 9 секунд.

Возвращение

После возвращения в кабину Леонов вместе с Беляевым продолжал выполнять эксперименты, запланированные программой полета. Но череда трагических случайностей только начиналась. На 13-м витке резко упало давление в баллонах наддува кабины корабля — с 75 до 25 атмосфер. Дальнейшее падение могло привести к полной разгерметизации, но этого удалось избежать.

Спуск корабля по плану должен был проходить в автоматическом режиме. Перед этим было необходимо отсоединить шлюзовую камеру. Экипаж пристегнулся и произвел необходимые действия. Однако при отстреле трубы произошел неожиданно сильный удар, который закрутил корабль в двух плоскостях. Это привело к нерасчетным угловым ускорениям, которые вывели из строя системы ориентации и автоматической стабилизации. В свою очередь, из-за этого не произошло автоматического включения тормозного двигателя.

Корабль было решено сажать вручную. Но тут оказалось, что содержание кислорода в кабине превышено шестикратно. Малейшая искра в контактах могла вызвать пожар и взрыв. Космонавтам повезло: ничего не искрило. Но аварии продолжались: сработал клапан разгерметизации. Повезло снова — Леонов и Беляев были в скафандрах.

19 марта в 11:19, в конце 18-го витка, Беляев вручную включил систему ориентации и ввел в действие тормозную двигательную установку. Он стал первым человеком в мире, которому пришлось сажать космический корабль без помощи автоматики. Беляев практически вслепую вывел «Восход-2» на нужную траекторию. Уточняя точность ориентации корабля, космонавты опоздали с включением двигателя на 45 секунд и еле вписались в посадочное окно. Сам спуск, хотя и проходил в ручном режиме, был практически неуправляемым. О том, чтобы приземлиться в заданном районе, то есть в казахской степи, не могло быть и речи.

При спуске произошло новое ЧП: при расстыковке кабины с двигателем не отсоединился один из тросов, и корабль стал вращаться, как гантель. В конце концов трос сгорел в плотных слоях атмосферы, и на высоте около 7 километров кабина стабилизировалась. В это время произошел отстрел парашюта.

В полутора метрах от земли на спускаемом аппарате сработала система мягкой посадки, выстрелив вниз реактивную струю. Скорость падения снизилась до 2-3 метров в секунду, и 19 марта 1965 года в 12:02 корабль с «Алмазами» на борту плавно приземлился в глухой прикамской тайге.

Уральские морозы

Приземление оказалось не очень удачным — «Восход-2» зажало между двух деревьев. Крышку выходного люка придавило стволом, который не позволял ей открыться до конца, а запасной люк оказался заклинен намертво. При этом открыть люки космонавты должны были сразу же после посадки, иначе за счет передачи тепла от нагревшегося корпуса внутрь температура в кабине за 10-15 минут поднялась бы до 200 градусов. Но после многократных усилий Леонову и Беляеву всё же удалось открыть люк и выбраться из корабля.

Как выяснилось позже, они приземлились в 180 километрах к северо-западу от Перми, а до ближайшей деревни было 15 километров. При этом место посадки окружал сплошной таежный лес высотой до 20 метров, а глубина снега достигала полутора метров. Вспотевшие космонавты быстро замерзли на уральском морозе. Они набили скафандры содранной со стен кабины обивкой и развели костер.

Сразу же после приземления для поисков корабля в воздух были подняты четыре самолёта «Ан-2» и военные вертолёты. С разных сторон в тайгу ринулись группы лыжников-добровольцев. Позднее даже пришлось создавать специальные отряды для розыска потерявшихся «поисковиков».

Обнаружить «Восход-2» удалось около 17 часов 19 марта. Однако забрать космонавтов не представлялось возможным — вокруг не было ни одной походящей площадки для посадки вертолета, а поднимать Леонова и Беляева по тросовой лестнице летчикам было строго запрещено. Пилоты сбросили им собственную меховую одежду, топор, ракетницу с ракетами и даже бортовой неприкосновенный запас продовольствия. Вертолет улетел, и всю ночь над местом приземления барражировал самолет. Между тем по Всесоюзному радио сообщили, что первую ночь космонавты встречали в кругу друзей в одной из пермских гостиниц…

20 марта к двум часам дня к «Алмазам» на лыжах дошел глава отряда военных спасателей, которые тем временем вырубали площадку для приземления вертолетов в нескольких километрах от «Восхода». На следующий день все трое вышли к ней, и 21 марта Леонов с Белявым были доставлены в Пермь, где их наконец встретили как героев. Через два дня, выступая на митинге в Москве, Беляев скажет: «Большое впечатление произвели на нас просторы и богатства природы пермского края».

Позже, на государственной комиссии после полета, Леонов сделает самый короткий в истории космонавтики доклад: «В открытом космосе жить и работать можно».

Через десять лет дважды Герой Советского Союза Алексей Леонов снова полетел в космос, на этот раз в качестве командира космического корабля «Союз-19». Его имя носит кратер на Луне, которую он чуть не облетел. Этому помешало свертывание советской лунной программы после того, как обратную сторону спутника Земли увидели американцы. Но это уже совсем другая история.

При написании статьи использованы материалы Российского государственного архива научно-технической документации и сайта «Культурное наследие Прикамья».

Алексей Гапеев

Источник: lenta.ru

Леонов алексей архипович выход в открытый космос
Алексей Леонов, первый человек в открытом космосе, и Нил Армстронг, первый человек на Луне

Уходят Первые, легендарные…

И каждый раз отрывается кусочек сердца, и уже не хватает его, чтобы заглушить боль, отправить ее в прошлое — нет, это теперь невозможно, потому что восполнить близких тебе людей даже Богу (если он есть!?) не по силам…

Не стало Алексея Леонова…

Память высвечивает фрагменты прошлого, где Алексей хмурится, улыбается, вопрошает, подшучивает и говорит совершенно серьезно…

Вот сталкиваемся мы у дверей телестудии.

— И ты меня будешь расспрашивать? — интересуется Алексей.

— Коллеги попросили…

— Но тебе же все известно!?

— Значит, тебе не придется что-то придумывать — сразу разоблачу…

Он обязательно задает этот вопрос при каждой встрече, потому что всегда готов прийти на помощь, готов поддержать товарища. Не только меня — каждого, с кем свела его судьба. Это я знаю не понаслышке.

Память высвечивает мгновения жизни…

Леонов алексей архипович выход в открытый космос
Алексей Леонов. Фото: Юрий Батурин / «Новая газета»

Она хранит многое. И мы погружаемся в те дни, которые изменили не только их с Павлом Беляевым судьбу, но и всю историю космонавтики. Я имею в виду первый выход человека в открытый космос.

И он это сделал, хотя шансов навсегда остаться в том «открытом космическом пространстве», к которому он так стремился, было больше, чем при благополучном исходе. Леонов всегда вспоминал об этих минутах с улыбкой, а я каждый раз, слушая его рассказ, вздрагивал от ужаса, потому что нам было известно, что командиру корабля предписывалось в случае непредвиденного развития событий «отстрелить» запутавшегося в пространстве космонавта от аппарата. Понятно, что Павел никогда бы этого не сделал, но инструкции пишутся в космосе для исхода из всех событий, включая трагические…

Кстати, впервые Алексей «вышел в космос» в тот день, когда на Байконур прилетел Никита Хрущев. Главе государства продемонстрировали не только пуски боевых ракет, но и космонавта в скафандре, который сначала вышел из «Восхода», а потом вернулся в корабль.

Хрущев аплодировал, он не только любил всевозможные «космические игрушки», но и тут же требовал их осуществления. Так случилось и на этот раз: был подписан документ об эксперименте по выходу человека в открытый космос сразу после полета трех космонавтов на «Восходе». Комарова, Феоктистова и Егорова в полет отправил Хрущев, а вернулись они уже при Леониде Брежневе. Смена власти обеспокоила Леонова: не заменят ли его на дублера Хрунова? Однако Брежнев хорошо знал все космические дела, в том числе и самого Алексея, а потому решение Хрущева оставил в силе.

За Леонова говорила и его фантастическая работоспособность: во время подготовки он провел 150 вестибулярных тренировок и 117 раз прыгал с парашютом. И еще он очень нравился соратникам Королева. Академик Борис Черток писал: «Было в нем что-то от гагаринской удали, — поделился я с Рязанским, — глаза внимательные, взгляд не скользит по поверхности, задерживается! Рязанский со мной согласился и добавил, что, кроме всего прочего, Леонов выделяется какой-то естественной интеллигентностью. Будущее показало, что мы не ошиблись. У Леонова, кроме прочего, был взгляд художника».

Будущие академики — Черток и Рязанский — не знали, что Гагарин и Леонов действительно очень близкие люди, друзья… И очень похожи: у Гагарина было много черт леоновских, а у Леонова — гагаринских. Вовсе не случайно, что после трагической гибели Юрия Гагарина именно Алексей Леонов воспринимался его, образно говоря, «преемником». Не Титов, не Николаев, не Попович и другие из первого отряда космонавтов, а именно Леонов… И любовь к первому космонавту планеты люди частично перенесли на Алексея, что, конечно же, радовало его, но и обязывало достойно воспринимать ее. Леонов оправдывал это доверие.

Ну а все, конечно же, началось с первого его полета.

О выходе в открытый космос Алексея Леонова, о драматической посадке в тайге в Пермском крае, о спасении экипажа и о бравурных сообщениях ТАСС, мол, «космонавты акклиматизируются после полета», написано и рассказано вполне достаточно.

Леонов алексей архипович выход в открытый космос
Фото: East News

В открытом космосе Леонов пробыл 12 минут и 9 секунд. О том, что скафандр раздулся, что трудно было вернуться в шлюз, что пришлось космонавту самому принимать решения о сбросе давления в скафандре и о возвращении «ногами вперед», «Земля» узнала лишь после возвращения экипажа.

Вторая неприятность — падение давления в баллонах, что подавали кислород в кабину. Его оставалось всего на сутки, а потому надо было торопиться с посадкой. И тут же новый отказ — на этот раз не сработала система ориентации на Солнце, а потому посадить корабль в автоматическом варианте невозможно. И он ушел на дополнительный, 18-й виток. Павел Беляев взял управление на себя… Это был ручной спуск с орбиты, нерасчетный, а потому они и улетели в глухую тайгу. Спасательная операция длилась трое суток, в ней были задействованы не только группы, которые пробивались к замерзающим космонавтам, но и сам генеральный секретарь ЦК КПСС. Брежнев категорически запретил эвакуировать Беляева и Леонова с помощью вертолетного троса — он сказал, что не хватает еще и «авиационной катастрофы»…

Вот и пришло время истории с бутылкой коньяка.

А одежда повисала на вершинах деревьев. Только одна бутылка коньяка, пролетев сквозь чащу ветвей, аккуратненько опустилась в сугроб и осталась целехонькой. Павел Беляев рассказывал, улыбаясь, что именно она и спасла их, а Леонов категорически отрицал наличие спиртного в их таежном приключении. Об этом эпизоде мы говорили с Алексеем несколько раз, но почему-то он не соглашался с очевидным, хотя среди трезвенников не числился…

Пожалуй, никто из космонавтов и астронавтов лучше Леонова не рассказал о своей встречи с Космосом.

После этого полета Алексей снял вето на свои картины. Дело в том, что увлечение живописью едва не стоило ему космической карьеры. В «Правде» сразу после полета Юрия Гагарина появился рисунок ракеты под подписью «Рис. космонавта». Да, это нарисовал Алексей Леонов, и он изобразил… совершенно секретную «Семерку» с ее знаменитыми «боковушками». Разразился грандиозный скандал, мол, выдали все американцам. К счастью, триумф Гагарина, поддержка Королева и сотрудников КГБ (они доказали, что рисунок секретов не выдал, — американцы уже знали о ракете почти все) спасли Леонова от отчисления из отряда космонавтов. Но с той поры и до своего полета он никаких зарисовок в Центре подготовки и на космодроме не делал…

Рисовал он много, охотно, со страстью. Организовывал выставки, выпускал альбомы, писал маслом и не чурался шаржей. Охотно откликался на просьбы проиллюстрировать те или иные работы. Однажды я попросил его набросать идею обложки новой книги, и уже через несколько дней он показал эскиз. Мы приняли его без замечаний — настолько точно и образно Алексей представил то, что будет происходить на Луне. Хвалюсь друзьям до нынешнего дня, что к моей «Космической трилогии» обложку рисовал сам Леонов! Большой талант проявляется всегда, если он настоящий и если его ценят.

Чуть позже я начал понимать, что увлечение живописью в это время «прикрывало» ту неопределенность, которую испытывал Алексей на протяжении ряда лет. Дело в том, что он стал во главе команды «лунатиков» — тех, кто готовился к экспедиции на Луну.

да и за океаном уж слишком настойчиво, а потому успешно шли по той дорожке, что вела к Луне.

Наши «лунатики» готовились тщательно, упорно и самоотверженно, что дало им право обратиться к высшему руководству страны с письмом, в котором они писали, что готовы лететь к Луне, рискуя своей жизнью.

Конечно, это была авантюра. Кому нужна эта самая Луна, если риск настолько велик, что рука не поднимется подписать такое Постановление. К счастью, Брежнев (тогда он был нормальным еще!) не поддержал космонавтов, а на одной из встреч сказал Леонову, что жизнь космонавтов дороже, чем престиж страны… Леонов попробовал возразить, но вскоре понял, что Брежнев прав…

К космическим неудачам (именно так воспринимался успех американцев в лунной гонке) прибавилась и настоящая трагедия — гибель Юрия Гагарина. Она потрясла Леонова.

Леонов алексей архипович выход в открытый космос
Юрий Гагарин. Фото: РИА Новости

Он был сдержан на общественных мероприятиях, но на космодроме и в центрах управления полетами, где царила атмосфера откровенности, не таил своих чувств. Леонов прекрасно понимал, что с полетом к Луне, будь даже только облет ее, придется распрощаться — тренировки шли уже по инерции и надо переключаться на орбитальные станции, но как объяснить это «лунатикам»!? А ведь это были ребята, многим из которых уже не суждено остаться в отряде… Леонов считал, что он ответственен за их судьбу, старался помочь каждому — к счастью, ему это чаще всего удавалось. Все-таки упорным был он человеком!

Так случилось, что в почетном карауле у урн Гагарина и Серегина мы стояли напротив. Я видел, как текли две слезы по его щекам.

Мне показалось, что он сразу постарел на много-много лет… А потом вдруг встряхнулся, будто сбросил с себя непомерный груз, и подошел к Валентине и девочкам…

С этого дня все, что связано с Юрием Гагарина, для Алексея стало святым. Каждый год 9 марта он старался приехать на родину Юрия, чтобы вместе с родными отметить его день рождения. Анна Тимофеевна — мать Гагарина — часто называла его «сынком», как мог Алексей старался хотя бы частично снять боль, что не утихала в сердце матери. В городе Гагарине сделано очень многое, чтобы увековечить память о первом космонавте планеты, и в этом немалая заслуга Леонова.

Алексей не мог смириться и с официальной версией гибели Серегина и Гагарина. Считалось, что ошибка пилотирования привела к катастрофе. Леонов же убедительно доказывал, что это не так, — в гибели виноват и летчик истребителя, который пролетал неподалеку. Не знаю, насколько верна версия Леонова, но он был настойчив и добивался пересмотра выводов государственной комиссии. Он до конца был верен дружбе с Юрием, а потому в меру сил пытался восстановить справедливость.

Потрясение от смерти Гагарина не отпускало, но мы еще не догадывались, что скоро будем провожать Добровольского, Волкова и Пацаева, тех самых ребят-дублеров, которые заменили основной экипаж и… погибли. А ведь первым на станцию «Салют» должен был лететь Леонов.

Путь только один: летать, чтобы продолжить общее дело, и Алексей Леонов все свои силы и весь свой авторитет положил на то, чтобы уйти в космос, сделать самую сложную работу там — и за себя, и за тех, кто не вернулся оттуда.

Совместный полет с американцами был в то время самым престижным, самым необходимым, самым трудным.

Командиром «Союза» был назначен Алексей Леонов, бортинженером — Валерий Кубасов.

Три года подготовки. Очень трудных, потому что вновь предстояло стать Первым. Для космонавтов астронавты казались инопланетянами, с которыми предстояло не только найти общий язык, но и договориться о совместной работе как в нормальных условиях, так и при нештатных ситуациях.

В это время я часто встречался с Леоновым и Кубасовым, так как был одним из руководителей пресс-службы полета. Как ни странно, но общий язык с «инопланетянами» (для астронавтов космонавты были ими же!) наши ребята нашли быстро. Особенно сблизились командиры кораблей Том Стаффорд и Алексей Леонов. Родилась та самая мужская дружба, которая остается на всю жизнь, и она во многом обеспечила фантастический успех программы ЭПАС.

Леонов алексей архипович выход в открытый космос
Алексей Леонов и Валерий Кубасов — советский экипаж миссии Союз—Аполлон»

Память хранит события тех дней до мельчайших подробностей.

Полету посвящены книги, фильмы, телепередачи — в некоторых из них мы участвовали вместе с Алексеем и Валерием, а также со Стаффордом, Брандтом и Слейтоном. А потому повторяться не хочется. Расскажу лишь о тех эпизодах, что известны только узкому кругу или неизвестны вообще. А начну с бортовой пресс-конференции.

После старта кораблей и их стыковки над Эльбой международный экипаж поприветствовал президент США Джеральд Форд.

Более миллиарда человек, что следили на всех континентах за полетом, убедились, насколько плох руководитель СССР.

Вечером к нам в пресс-центр приехал один из помощников Брежнева. Он знал, что завтрашнюю бортовую пресс-конференцию от СССР буду вести я.

— Мы должны выиграть хотя бы этот день, — сказал он. — Руководство расстроено, что американцы и на этот раз оказались впереди… В общем, Леонид Ильич на вас надеется…

Легко сказать «выиграйте!». А как? Мы не знали, что происходит в Хьюстоне, где работали наши коллеги, какие вопросы они подготовили. У нас же было аккредитовано около тысячи журналистов, три тысячи вопросов поступило от них, как выбрать лучшие?!

«Эх, — думаю, — прекрасно, что там Леонов, он-то из любого положения выйдет с честью и… с юмором! Надо положиться на него…»

Начал пресс-конференцию Хьюстон. 20 минут отведено американцам. Один вопрос за другим — и все привычные, скучные, занудливые… Показалось, что Хьюстон на связи не 20 минут, а добрый час… Час скуки для всей планеты…

 И вот пресс-конференцию должны продолжить мы.

В это время космическая связка «Союз-Аполлон» пересекла границу Польши и СССР.

Дик Слейтон воевал, был летчиком, а потому мы сразу же поинтересовались, какой показалось Европа ему сейчас.

— Она прекрасна…

— Чем угощали астронавтов во время первого обеда?

И тут уже Леонов показал, что именно такой «легкий стиль интервью» его устраивает полностью. Он задал тон всей пресс-конференции:

И разговор пошел веселый, легкий и увлекательный. Леонов показал портреты астронавтов, которые он успел сделать во время полета, потом соединил флаги США и СССР, сувенирные медали, сделанные специально для экипажей.

20 минут пролетели мгновенно, но мы успели не только поговорить о будущих полетах, но и посмеяться над шутками космонавтов и астронавтов.

Потом Леонов признался, что получил удовольствие от пресс-конференции.

А мы — благодарность от генерального секретаря плюс пару бутылок превосходного армянского конька, которым и был отмечен этот день полета…

Память вновь и вновь возвращает к тем дням…

На этот раз — к нашей поездке после полета по Соединенным Штатам. Две недели космонавты и астронавты провели в Америке, встречаясь во множестве городов с конгрессменами и сенаторами, школьниками и астронавтами, с деятелями литературы и искусства. Мне повезло — я был вместе с ними. Этот земной путь экипажей называли «орбитой дружбы и сотрудничества».

Естественно, главными фигурами на встречах были командиры — Стаффорд и Леонов.

А память возвращает к забавным эпизодам, в которых главным действующим лицом был Алексей…

В Рино мы в гостях у Фрэнка Синатры. Он пригласил на свой концерт, потом вместе ужинали. В это время у меня проснулась «тоска по Родине», и я заказал бутылку «Столичной», глубоко убежденный, что ее в Лейк-Тахо — небольшом курортном городке, где подобно Лас-Вегасу множество казино, — нет. Однако через несколько минут нам принесли «Столичную» с зеленой этикетной, ту самую, что и в Москве редкость. Поистине: в Америке есть все!

Леонов тут же отставил в сторону виски и заявил, что «зелененькая» намного лучше. Попробовали наш напиток все, в том числе и Синатра, который, как оказалось, «давно уже не употребляет спиртное». Просто отказаться поднять рюмку вместе с легендарными космонавтами и астронавтами он не мог!

А через пару дней мы приземлялись на военно-морской базе США. Самой известной в мире, самой оснащенной и самой секретной. Эта база «прикрывает» практически весь Тихий океан, а потому о ней знают все военные, не только моряки. И представьте удивление американских военных, когда они увидели, как по трапу самолета спускаются два советских генерала! А потом мы во главе с Леоновым и Шаталовым прошли сквозь строй моряков, которые выстроились на пути к автобусу, и их удивленные лица запомнились навсегда. Кстати, некоторые из них отдавали честь генералам скорее от уважения к ним, чем от воинской привычки.

Ну и, конечно, не могу забыть, как Алексей Леонов «отбил» у меня красавицу Лайзу Миннелли. А случилось это в «Оранжевом графстве», что в Лос-Анджелесе. Там был прием в честь экипажей ЭПАСа, и устраивали его губернатор штата Рональд Рейган и Джон Уэйн, самый знаменитый киноковбой Голливуда.

На приеме было более двух сотен звезд и звездочек Голливуда, а потому русские парни были нарасхват. Меня «прихватила» Лайза, надела на меня ковбойскую шляпу и повела танцевать. Однако вскоре она заметила Леонова, и я был тут же брошен — ну какая женщина была способна устоять перед космонавтом-генералом!?

От того дня остались шляпа и воспоминания…

К полету по программе ЭПАС Алексей Леонов постоянно возвращался в своих воспоминаниях, будь то телевизионные встречи или дружеские застолья. Да и дружба со Стаффордом год от года крепла. И соединяют ее русские ребята, которых усыновил командир «Аполлона». Помог ему в этом Алексей.

У Дворца пионеров в Киеве экипаж ЭПАСа ждали тысячи школьников. Они выстроились в шеренгу, образовав живой коридор, по которому должны пройти Леонов и Стаффорд. Том первым вошел в него, пожал руку парнишке. И сотни рук протянулись к нему. Том и Алексей шли вдоль ребят. Том пожимал руку тем, кто справа, а Леонов — тем, кто слева. В зале Дворца пионеров торжественное заседание не открывали до тех пор, пока Леонов и Стаффорд не обменялись рукопожатиями со всеми ребятами, которые не смогли попасть во Дворец пионеров…

Великое счастье выпало мне, что на жизненном пути встретил таких людей!

Леонов алексей архипович выход в открытый космос
2010 год. Фото: Юрий Батурин / «Новая газета»

К 85-летию Алексея Архиповича Леонова в Музее космонавтики открылась специальная выставка. Многое в ней демонстрируется впервые. Особое впечатление, конечно же, от картин, написанных Леоновым. Некоторые представлены публике впервые. Однако больше всего меня поразил один снимок. Алексей Леонов и Нейл Армстронг. Я долго вглядывался в их лица. Есть что-то общее — по крайней мере, так мне показалось. Присел на стул, присмотрелся. Понял, что их лица отражают не только прожитые годы, но и несут в себе отпечаток Космоса. Такое впечатление, будто им ведомо Нечто, о чем мы не знаем. А разве не так?!

Гагарин, Леонов, Армстронг… Космическая цепочка великих достижений человечества. Всего несколько дней назад к ней можно было прикоснуться, почувствовать ее реальность…

И вдруг всего три слова: «Умер Алексей Леонов…»

И сразу родилась боль — оторвался еще один кусочек сердца и опустошилась часть души…

Впрочем, вранье, что он умер. Для меня и всех, кому повезло встречаться с ним, всегда был, есть и будет веселый, озорной, романтичный и неповторимый Алексей Леонов. Один из Первых.

Источник: novayagazeta.ru


You May Also Like

About the Author: admind

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте, как обрабатываются ваши данные комментариев.